Меню Рубрики

Как писать анализ исторического источника

Подать заявку

Для учеников 1-11 классов и дошкольников

О борьбе советских органов с шаманством

Из доклада о работе советского и торгового аппарата в Дудинском районе Туруханского края

Вопрос о борьбе с шаманством требует его детального изучения прежде всего и основательного знакомства с бытом местного туземного населения вообще. Не располагая ни тем, ни другим, я должен ограничиться только коротким сообщением фактов, мною установленных. По свидетельству всех местных работников, шаманство очень развито и приносит населению вред, а иногда также противодействует работе советских органов в тундре. Так, зимой ВИКом в тундру был послан оспопрививатель для предупреждения занесения со стороны ЯССР эпидемии оспы. Оспопрививатель встретил противодействие со стороны шаманов, запугивающих туземцев прививкой.

Решив начать борьбу с шаманством, ВИК сразу же перегнул палку. Весной, во время моего прибывания в Дудинке, сюда явился шаман-остяк, выходящий в Дудинку ежегодно «летовать» и вместе с тем шаманить во время выхода туземцев из тундры. ВИК немедленно отобрал у шамана бубен и его шаманскую одежду со всеми прочими атрибутами. «Священные», однако, предметы шаман с одежды и с бубна успел снять и поспешил с ними скрыться. Так бороться, конечно, нельзя и вместе с тем преступно против законов советской власти и религии. Отобрание шаманских атрибутов к тому же было произведено без составления каких-либо документов. Шаман, конечно, сделает новые бубны, но, обиженный властью, он среди темных туземцев будет вести еще большую агитацию и тем самым противодействовать нашим начинаниям по советизации тундры. Только перевоспитав туземное население, мы освободим его от суеверий, и шаманство умрет само собою, как умирает теперь религия в СССР. В части же проведения среди туземного населения мер здравоохранения дело проще, так как один-два удачных случая подачи медпомощи в трудных случаях делает в предрассудках туземцев большой переворот. Так, некий профессор, епископ Лука, ссыльный, в Туруханске проделал ряд удачных глазных операций с туземцами и вот по собственному почину из тундры приехали пять туземцев-долган, больных глазами, и просят Дудинский ВИК отправить их в Туруханск для производства операций.

Член комиссии Енисейского

губисполкома А.П. Курилович

ГАКК, ф.р. 1845, оп. 1, Подлинник. Машинопись.

Из доклада о работе советского и торгового аппарата в Дудинском районе Туруханского края.

Дата написания источника прямо указана в тексте — 1925 год.

Автор также известен — А.П. Курилович — член комиссии Енисейского губисполкома.

Место написания источника — город Красноярск. В тексте автор пишет, что был в Дудинке весной, следовательно в момент написания источника он находился на рабочем месте, а именно в Енисейском губисполкоме, который находился в Енисейской губернии в городе Красноярске.

род источника: документальный;

вид источника: делопроизводственный.

По способу добывания информации: архивный.

По колличественному признаку: уникальный.

По технике исполнения: машинопись.

Новая экономическая политика, начатая вскоре после Кронштадского восстания и X съезда РКП(б), означала попытку создать строй цивилизованных кооперативов с регулируемой рыночной экономикой, сочетать экономику свободных производителей-собственников с политическим режимом диктатуры пролетариата. НЭП означала преодоление трезвомыслящими кругами РКП(б) военно- коммунистических принципов и в то же время заключала в себе противоречия м ежду ограниченной свободой в экономике и диктатурой в политике. В.И. Ленин рассматривал нэп как временное отступление и тем не менее отмечал, что нэп — в серьез и на долго.

В Енисейской губернии, как и в России в целом, НЭП не сразу принесла плодотворные результаты, внедрялась трудно и противоречиво. Должностные лица отмечали неверие, пассивность, а то и враждебность к советской власти со стороны большей части населения, государственная власть была вынуждена жестко регулировать многие, подчас даже самые бытовые вопросы.

Основоположники НЭП действовали научно и последовательно, исходили не из отвлеченных теоретических построений, а руководствовались требованиями жизни, интересами людей труда. Примером служит бережная, продуманная политика в отношении народностей Севера. НЭП принесла хорошие результаты. Были созданы основы экономического и духовного возрождения Сибири и страны в целом.

По всей видимости, источник адресован председателю комиссии Енисейского губисполкома, так как доклад составлен в форме отчёта о прошедшей поездке.

Социальный статус автора: государственный служащий.

Источник затрагивает проблему искоренения шаманства на Севере.

Прямые факты, извлекаемые из источника.

Шаманство на Севере «очень развито и приносит населению вред, а иногда также противодействует работе советских органов в тундре». Так же шаманы запугивали прививкой местное население. ВИКом ведётся борьба с шаманством неподобающим образом. Шаманство можно искоренить и мирным путём, так умирает религия в СССР. Было произведено несколько удачных глазных операций, вследствие чего 5 «туземцев-долган», «больных глазами» изъявили желание поехать в Туруханск на операцию.

— Указанный в тексте источника ссыльный — это В.Ф. Войно-Ясенецкий — выдающийся хирург, длительное время находившийся тюрьмах и ссылке;

— СССР навязывал свою идеологию на всей территории, ущемляя в правах малые народы Севера;

— Сам автор не выказывает какого-либо негативного отношения к шаманам, но и не выступает против их искоренения только мирным путём, а не насильственным

10) Оценка полноты сведений.

Сведения, предоставленные в источнике, не полные, так как документ называется «Из доклада о работе советского и торгового аппарата в Дудинском районе Туруханского края».

Оценка достоверности сведений.

Сведения в источнике достоверны:

автор источника действительно существовал;

он занимался этнографическими исследованиями в тундре, чему свидетельствуют фотографии, которые можно посмотреть в интернете и в московском архиве.

11) Текст источника может быть использован в специальных исследованиях по борьбе советских органов с шаманством.

источник

Схема анализа источника (происхождение текста, содержание текста, достоверность, субъективность и т.д.)

Какого типа этот текст? (письмо, дневник, официальный документ и т.д.)

Это полный текст или отрывок? Если это отрывок, кто его приготовил? Чем руководствовался человек, выбиравший отрывок?

Это оригинальный текст или перевод?

Каково содержание текста? Посмотри, на какие части делится текст? Предложи свои названия для основных частей текста. Выдели самые важные слова, самые важные имена, самые важные события, упоминаемые в тексте. Если ты встретишь слова, имена и события, которые тебе неизвестны, спроси учителя. Помни, что во многих книгах есть оглавление, именные указатели, таблицы, которые могут помочь тебе разобраться в смысле текста.

Насколько достоверна информация, содержащаяся в тексте?

Был ли автор текста непосредственным свидетелем описываемых им событий или же «опосредованным», т.е. пересказывающим то, что он сам не видел?

Является ли текст первичным или вторичным источником? (первичным источником считается первый известный нам тест, вторичный источник почерпнул свою информацию из первичного или другого вторичного текста. Первичный источник может быть «опосредованным» свидетельством и часто бывает создан намного позже описываемых событий).

Все тексты в той или мере субъективны. Автор видит со своей собственной точки зрения. К тому же разные люди часто по-разному объясняют факты. Субъективность может быть неосознанной, но часто источники пишутся с определенной целью. Автор хочет добиться чего-то от кого-то или защитить себя, свою семью, своих близких и т.д..от обвинений, он может пропагандировать какие-то идеи и.т.д. Субъективность часто может быть выявлена через анализ используемых прилагательных, или же отобранных для описания событий.

Для этого важно найти ответ на следующие вопросы:

Были ли у автора особые намерения? Если были, то какие?

Является ли автор хорошим наблюдателем? Понимает ли он то, что видит?

Есть ли у автора особые симпатии или антипатии?

Каким языком автор ведет рассказ?

Является ли автор выразителем определенных взглядов или же он исключение – единственный человек, разделяющий подобное мнение?

Является ли данный источник единственным, описывающим это событие? Если существуют другие, то описывают ли они его также или по-другому? Если по-другому, то в чем заключается разница и как ее можно объяснить?

Использование источников, для изучения мышления людей

Важно понять, что, если источник субъективен и даже лжив, он может быть использован для решения другой задачи: тот факт, что этот текст был написан, уже важен сам по себе. Если, например, автор субъективно описывает других людей, это может свидетельствовать об отношении к этим людям его самого и ему подобных. Если автор дает осознанно искаженное описание событий, это является доказательством его желания сформировать определенное впечатление у читателя.

Вопросы к позднейшим интерпретациям

Историки по-своему интерпретируют источники. Они не могут делать это объективно – на них оказывает влияние время, в которое они живут и их надежды на будущее. Они могут также писать исторические книги с определенными намерениями.

Поэтому, при чтении книг, надо задавать следующие вопросы:

Кто написал эту книгу? Когда и где?

Это оригинальный текст или перевод?

На каком материале строит автор свои рассуждения?

Каково квалификация автора?

Какой это тип книги? Школьный учебник? Книга, написанная для широкой публики? Книга, рассчитанная прежде всего на ее чтение другими историками?

С какой целью была написана книга? Насколько она субъективна?

Каковы взгляды автора на историческое развитие?

Упоминает ли автор в своей книге взгляды и интерпретации фактов, отличающиеся от его собственных?

СХЕМА РАБОТЫ С ИЗОБРАЗИТЕЛЬНЫМИ ИСТОЧНИКАМИ

Люди. Кто они? Их количество, возраст, одежда и т.д. Их взаимоотношения.

Пейзажи, вещи, растения, животные. Как показаны отношения между человеком и природой? Гармоничны они или нет?

Пространство изображения. Где мы? На открытом воздухе / в помещении. Можно ли выделить в изображении первый, средний и задний планы?

Формы и линии. Какие линии преобладают? Вертикальные / горизонтальные / диагональные? Геометрические фигуры: треугольники, четырехугольники, круги.

Цветовые и световые эффекты. Какие части изображения выделены при помощи резкого освещения или контрастности?

Движение. Обратите особое внимание на контрасты: застывшее положение / движение, вверх / вниз.

Положение зрителя. Взгляд червя / нормальная точка зрения / обзор с птичьего полета.

Композиция. Сбалансировано ли изображение? Если да, то, каким образом это было сделано? На чем, прежде всего, сосредотачивается наше внимание? Как этот эффект достигается?

Кто люди, изображенные на иллюстрации? Иногда это легко определить, в других случаях надо внимательно их рассмотреть и идентифицировать их при помощи различных символов.

Изображенный сюжет. Что происходит?

Символы и знаки. Точное описание того, что происходит, часто предполагает объяснение различных символов и знаков. Речь идет не только непосредственно о символах, но так же и о том, что можно узнать по выражению лиц персонажей, движениям, жестам, их положению на изображении, их размерам, соотношению света и тени, и использованию цветов.

Кто выполнил это изображение, и на кого оно рассчитано? Было ли это изображение заказано художнику? Если да, то кем? Или же идея полностью принадлежит автору? Каковы были его намерения – спровоцировать зрителей, вызвать жалость, убедить в чем-либо, произвести впечатление?

СХЕМЫ, ПОМОГАЮЩИЕ УЧЕНИКАМ АНАЛИЗИРОВАТЬ ИЛИ ОЦЕНИВАТЬ ИСТОЧНИКИ, ОЧЕНЬ ПОЛЕЗНЫ КАК ДЛЯ КЛАССНОЙ РАБОТЫ, ТАК И ДЛЯ САМОСТОЯТЕЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ И ПОВТОРЕНИЯ ПРОЙДЕННОГО

Попытайтесь ответить на следующие вопросы:

Для всех типов исторических источников

Является ли источник: Письменным?

Является ли источник первичным или вторичным?

Определите цель, с которой он был создан?

В каком историческом контексте он был создан?

Какую информацию он содержит?

На какие исторические вопросы он может помочь ответить?

Что источник НЕ может мне сказать?

Существуют ли другие источники, которые мне потребуется изучить для того, чтобы понять смысл этого источника?

Лжив ли источник или же объективен?

Какие чувства он демонстрирует?

Насколько этому источнику можно доверять?

Насколько этот источник полезен для историка?

Когда вы впервые знакомитесь с источником, сделайте это внимательно: спросите себя:

Кто? Что? Где? Чей? Как? Почему?

Анализ источника состоит из 3 частей:

Что он рассказывает вам о прошлом?

Содержит ли он сокращения, слова, имена, упоминания о событиях, о которых вы НЕ слышали?

Какого типа информация в нем содержится?

Каково происхождение источника?

Является ли источник первичным или вторичным?

Когда он был создан? Описаны ли события в нем уже задним числом?

Сомневаетесь ли вы в его точности?

Какие части источника содержат факты, а какие – их оценку автором?

Какие примеры предвзятости и искажения фактов в нем содержатся?

Какие упоминающиеся здесь факты подтверждаются другими источниками?

Какие пробелы есть в содержащейся в нем информации?

Насколько вы доверяете этому источнику?

Может ли фотоаппарат лгать?

Можно ли внести изменения в фотографию или фильм?

Кто выбирает точку обзора для фотографа?

Является ли это пропагандой?

О чем фотография нам рассказывает?

Всегда ли вы доверяете тому, что читаете в газете?

Подвергаются ли газеты цензуре?

Есть ли у автора своя точка зрения?

Что излагается в статье – факты или мнения?

Когда она была нарисована / опубликована?

Было ли это до, во время или после изображаемых событий?

Выражает ли она определенную точку зрения?

Ставит ли ее создатель своей целью повлиять на людей?

Какое отношение к происходящему она демонстрирует?

Понимаете ли вы содержащиеся в ней иллюзии на события того времени?

источник

Внешняя критика (анализ происхождения текста). Выясните:

б) время и место его создания;

г) исторические условия, цели создания.

2. Внутренняя критика (анализ достоверности и полноты текста). Выясните:

а) особенности языка (в частности, значения слов) эпохи созда­ния документа;

б) социальное положение, образование, профессию, возможности получить ту или иную письменную и устную информацию;

в) факты исторической действительности, выявленные на основе сведений из данного источника.

Доклад является формой самостоятельной работы. Он система­тизирует и расширяет знания по теме, учит сопоставлять точки зрения разных исследователей, понимать обоснованность сформулирован­ных автором (авторами) труда умозаключений и общих выводов. Доклад может быть историографическим, в котором сравниваются суждения нескольких исследователей по какой-либо проблеме; ис­точниковедческим, если предполагает анализ источника (источников) по заданной теме.

Тему доклада предлагает преподаватель или выбирает сам сту­дент. Работа выполняется в ходе семестра, на выступление доклад­чика отводится 10–15 минут. Доклады обсуждаются в группе по гра­фику, составленному в начале семестра.

Текст доклада должен быть напечатан или написан от руки на бумаге формата А4 и составлять не менее 15 страниц. Поля: левое 30 мм, правое 10–15 мм, верхнее и нижнее 20–25 мм; кегль 12 или 14, интервал одинарный или полуторный.

На нем должно быть указано: полное название учебного заведе­ния, где выполнена работа (ГОУ ВПО Владимирский государствен­ный университет им. А.Г. и Н.Г. Столетовых); кафедра (истории и археологии), тема доклада; сведения об авторе и проверяющем (Выполнил(а): студент(ка) (указать группу, курс, факультет, фамилию, имя, отчество); Проверил(а): фамилия, имя, отчество); город и год выполнения доклада (Владимир –– 2010).

В Плане (Содержании) должны быть указаны все основные раз­делы работы с номерами страниц, в том числе Введение, Заключение, Приложения (если таковые имеются).

В нем обосновывается актуальность темы; может быть проана­лизирована литература и на ее основе определены цель и задачи ис­следования, затем дана характеристика источников и сделан вывод о возможности достижения цели на их основе.

–– Основное содержание работы

Включает в себя несколько разделов или минимум две главы, разбитые на параграфы и не совпадающие по заголовкам с названием доклада. Эта часть работы представляет собой анализ основных проблем, заявленных во Введении.

Читайте также:  Какие анализы нужно принести гастроэнтерологу

Содержит основные выводы по результатам исследования. Оно должно соответствовать поставленной во Введении цели и сформули­рованным задачам.

–– Список использованных источников и литературы

Должен быть правильно оформлен и содержать не менее трех наименований.

Владимирская жизнь, 9 сент. 1917. С. 2.

Местное самоуправление в России: Отечественный историче­ский опыт: Сборник документов: (1861–1917 гг.). М., 1998.

Гайда Ф.А. Механизм власти Временного правительства // Оте­чественная история. 2001. № 2. С. 141–143.

Герасименко Г.А. Земское самоуправление в России. М., 1990.

Шутов А.Ю. Земские выборы в истории России (1864–1917 гг.): Исследование избирательных систем. М., 1997.

Могут включать в себя схемы, таблицы, иллюстрации и любые другие материалы по докладу, вынесенные за рамки основного текста.

В тексте доклада должны быть постраничные или концевые сноски на цитированные источники и литературу. В них указываются все выходные данные, а также номера страниц, откуда взята цитата или сделан пересказ.

«Я уже не первый десяток лет, сколько мог, писал, объяснял, призывал именно к свободному действию в России местного само­управления. В нашей истории веками существовал и деревенский мир, и городские веча… а с конца XIX века –– плодотворное земство, разогнанное большевиками в 1918 году…», –– в очередной раз напоминал А.И. Солженицын 1 .

Г.А. Герасименко дал оценку земству как жизнеспособной сис­теме. Первые месяцы после Февральской революции он охарактери­зовал как период демократизации земств 2 . Автор выделил двух основ­ных инициаторов демократизации –– Советы крестьянских депутатов и Общественные исполнительные комитеты 3 .

источник

Классификация исторических источников и их характеристика.

Проблема классификации. В реальной исторической действительности источники, которые являются документами определенного исторического времени, теснейшим образом взаимосвязаны. Они образуют единое информационно-коммуникативное поле.
В реальной действительности возникает и функционирует не хаотическая масса источников, а их система, целостная совокупность. Каждый отдельный документ, источник – часть этой совокупности, ее элемент, что и определяет некоторые моменты его содержания, новизны или повторяемости информации. Каждая историческая эпоха порождала и продолжает порождать разные типы источников. Отдельные типы существуют на протяжении ряда исторических периодов, другие встречаются лишь в определенные из них. Для каждого периода истории можно выделить свои типы источников, наиболее характерные для той или иной эпохи.

Практически для всех периодов характерны пять типов источников:

Для периода новейшей истории можно выделить и 6-й тип
Кино-фото-фонодокументы.

Природно-географические – данные о ландшафте, климате, почвах, растительности и др. компонентах окружающей среды. Эти сведения тесно связаны с проблемой влияния окружающей среды на историческое развитие той или иной территории и, с другой стороны, с вопросом о влиянии человека на природу. Окружающая среда накладывает определенный отпечаток на процесс исторического развития – ускоряя или замедляя его, формируя его специфические местные особенности. Например, климат влиял на быт людей — выбор людьми открытого, полуоткрытого или закрытого типа жилища, на хозяйственные занятия и пр. В свою очередь природно-географическая среда зависит от уровня развития общества. Одни и те же реки могут служить в одном случае только средством передвижения, в другом – источником энергии. Одна и та же территория в разное время может использоваться как охотничьи угодья, как объект земледелия или как место разработки полезных ископаемых. Под воздействием человека меняется флора и фауна, речная система сообщений дополняется искусственными каналами, отвоевывается земля у моря, вообще ландшафт континента приобретает иной вид. Люди распахивают поля, вырубают леса, сжигают растительный покров, осушают болота, добывают камень, строят дома, спускают воду из озер, возводят плотины, мельницы, мосты, роют каналы и шахты. Чем интенсивнее внедряются прогрессивные системы хозяйствования, тем сильнее нарушается гармония различных компонентов окружающей среды. Однако определение степени этого взаимного воздействия в каждом отдельном случае требует конкретного анализа, исследования всей совокупности причин, влиявших на особенности развития данного региона.

Этнографические – старинные технологии, обычаи, стереотипы мышления, виды жилищ, костюмы, кухня, фольклор, древние пласты современных языков. В современную эпоху научно-техническая революция и социальный прогресс сопровождаются быстрым исчезновением архаичных традиций. Изучение архаики у отставших в своем развитии народов дает дополнительный материал для изучения истории развитых обществ на ранней стадии их развития. В то же время, нужно учитывать возникновение новых традиций, в том числе в сфере повседневной культуры. Изучение их позволяет представить современные народы (в том числе индустриально развитых стран) как живые, развивающиеся общности.

Вещественные – памятники археологии, постройки, орудия труда, средства транспорта, домашняя утварь, оружие и т.д. Вещественные памятники раскрывают перед историком уровень развития техники той или иной эпохи, дают представление об особенностях материальной культуры и научно-технических достижениях и пр.

Художественно-изобразительные – памятники архитектуры, живописи, скульптуры и прикладного искусства, отразившие свою эпоху в художественных образах. Памятники изобразительного искусства являются важными источниками по истории быта и нравов. Портреты и скульптура сохранили облик исторических деятелей. Особенно ценны портреты, созданные до изобретения фотографии. Пейзажи и жанровая живопись, изображения на предметах прикладного искусства помогают восстановить историческую географию, виды жилищ (особенно построенных из недолговечных материалов), одежду, домашний быт и т.д. Очень интересный пример вышесказанного дает фаянсовый «Сервиз с зеленой лягушкой», заказанный Екатериной II на английской мануфактуре в 1774 году. В этом столовом и десертном сервизе 952 предмета, на которых изображены 1244 подлинных вида Англии того периода: пейзажи, архитектурные памятники, замки, аббатства, руины монастырей, иногда даже каменноугольные шахты, глинобитные хижины, плотины, сельские дороги. Многие из этих видов нигде больше не изображались, а начавшийся промышленный переворот резко изменил общий облик страны. Некоторые произведения искусства являются источниками по истории общественной мысли. Например, карикатуры О. Домье, насчитывающие 5 тыс. экземпляров, отразили историю Франции за 50 лет, от Июльской монархии до III республики, для установления которой много сделал великий карикатурист.

Письменные – любые тексты, записанные буквами, цифрами, нотами и др. знаками письма. Письменные источники, в свою очередь, можно разделить на 3 класса:

Документальные (грамоты, формулы, завещания, долговые расписки и пр.)

Законодательные (правительственные постановления, парламентские акты, эдикты королей, постановления органов самоуправления и пр.)

Нарративные (повествовательные) – хроники, анналы, письма, биографии, генеалогии, мемуары и пр.

Фото-фоно- и кинодокументы – дагерротипы, фотографии, звуковые записи, документальные киноленты и пр.

Исследователь, обычно, пользуется всеми доступными видами исторических источников. Хотя, чем ближе к нам изучаемое время, тем большее значение приобретают письменные источники. Для периода новой и новейшей истории они наиболее информативны. Разумеется, любая классификация условна, поскольку многие исторические источники могут одновременно рассматриваться как вещественные, художественно-изобразительные и письменные (пергаментные свитки, средневековые рукописи, памятники архитектуры и пр.). Отнесение источника к тому или иному типу определяется той информацией, которая нужна в процессе конкретного исследования.
Для какого периода истории легче найти источники? Не нужно думать, что чем ближе к нам изучаемое время, тем легче добыть источники. И в наше время много источников остаются недоступными исследователям. Например, трудно ожидать, что даже в наше время орден иезуитов откроет непосвященным доступ к своим документам, без которых столько проблем новой истории остаются абсолютно темными, или что французский банк пригласит специалистов по истории Первой империи исследовать свои реестры, даже самые старые, настолько дух секретности присущ всякой корпорации. И мирное время вовсе не облегчает доступ к источникам. Тогда как революции иногда открывают сейфы, где хранились секретные документы. Благодаря революциям в государственные архивы попадали документы частных лиц, церковных и прочих учреждений, которые в обычное время не допустили бы к своим архивам исследователей.
Так что историк нового времени или современности иногда оказывается в худшем положении, чем исследователь античности или средневековья. И сейчас документы теряются по небрежности, скрываются по дипломатическим, деловым, семейным соображениям. Например, нотариусы не имеют права разглашать деловые операции своего клиента. Причем, они окружают такой же таинственностью и контракты, заключавшиеся клиентами его прадедушки, хотя не несут никакой ответственности, если документы у них истлеют. Крупные предприятия отказываются от публикации статистических данных, которые необходимы для изучения национальной экономики. То есть при изучении современной истории исследователи испытывают тоже немало трудностей. Историк должен учитывать, что много свидетельств, имеющих для науки огромное значение, вообще не сохранилось. В то же время, до нас дошли и такие материалы, которые отражают лишь случайные явления. Но даже источники, зафиксировавшие исторически значимые факты, дают сведения в большинстве случаев о каком-то отдельном фрагменте исторического процесса, а часто и об одном конкретном явлении. Поэтому так важно использовать все доступные типы источников.
Следует учитывать и то обстоятельство, что авторы и создатели источников в большинстве случаев мало задумывались над тем, какие сведения могут понадобиться потомкам. Возникновение тех или иных документов вызывалось требованиями жизни, и их содержание отражало жизнь с той стороны, с которой это было важно его создателю.
Но даже в тех случаях, когда источники дают, на первый взгляд, ценные сведения об исторических событиях, историки не могут пользоваться ими без проведения предварительной проверки. Перед исследователями возникает ряд вопросов.
Нужно прежде всего доказать подлинность источника и восстановить его в том виде, какой он имел в прошлом. Следует выяснить, играл ли документ или вещественный памятник в прошлой жизни ту роль, которую должен был играть по нашим представлениям. Так, если это орудие труда, то насколько широко оно использовалось; если это текст международного договора – был ли он заключен или остался в проекте.
Если источник рассказывает о событиях, необходимо установить, в какой мере автор был о них осведомлен, т.е. являлся ли он участником, свидетелем или только современником событий. Наконец, нельзя забывать, что исторические деятели всегда выражали интересы определенных политических и социальных групп, и это отражалось на создаваемых ими документах. Только учитывая все это можно выявить реальную основу в сообщениях источников.

Из этого вытекает, что каждый в отдельности источник нуждается в глубоком, индивидуальном изучении, на основе которого и можно решить вопрос о степени его достоверности, о точности сообщаемых им сведений и о возможности использования его в историческом исследовании. Поэтому овладеть навыками научной критики источников можно только на основе самостоятельной работы над различными документами прошлого, сохранившимися от разных эпох, то есть в процессе практической работы с ними.

В источниковедении различают три ступени анализа источников.

Внешняя критика источника — эвристика и герменевтика, т.е. сбор источников для изучения той или иной проблемы, точное прочтение текста, очищение его от вставок и фальсификаций, выявление лакун, первоначального и вторичного текста и редакторских дополнений (эвристика), определение происхождения источника (время составления, авторство, место написания), цели и обстоятельства составления источника (герменевтика). Во внешней критике вещественного памятника существуют свои приемы анализа: формальное описание, выявление связей в рамках комплекса, функциональное назначение и др.

Вторая ступень источниковедческого анализа — внутренняя критика источника. Для письменного источника это воссоздание эпохи, когда жил автор, выявление своеобразия его мировоззрения, политической направленности деятельности, социальной принадлежности, профессиональной подготовки; определение полноты сообщаемых сведений, их достоверности и точности, подлинности текста или его подделки.

Третьей ступенью в источниковедческом анализе является объединение результатов внешней и внутренней критики источника. Определение связи источников разных типов, сопоставление их по степени достоверности и точности, полнота освещения событий в разных источниках, установление всей суммы фактов, необходимых для исследования конкретной проблемы, выявление недостающих звеньев в цепи установленных фактов.

Дата добавления: 2014-01-11 ; Просмотров: 11282 ; Нарушение авторских прав? ;

Нам важно ваше мнение! Был ли полезен опубликованный материал? Да | Нет

источник

Автор работы: Пользователь скрыл имя, 11 Мая 2012 в 21:41, практическая работа

Анализ исторического источника (диплом о присвоении степени по окончании института 1879 г.). практическая работа по предмету источниковедение, оценка отлично.

Тип, происхождение источника………………………………….4

Структура, содержание документа.

Его подлинность и достоверность……………………………….5

Характеристика ценности источника……………………………7

Список использованной литературы…………………………. 10

федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования

«РОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ГУМАНИТАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ»

в г. Железнодорожном Московской области

(Филиал РГГУ в г. Железнодорожном)

АНАЛИЗ ИСТОРИЧЕСКОГО ИСТОЧНИКА

Контрольная работа по источниковедению студента

специальности Документоведение и ДОУ

( ученая степень, ученое звание )

Тип, происхождение источника………………… ……………….4

Структура, содержание документа.

Его подлинность и достоверность……… ……………………….5

Характеристика ценности источника……………………………7

Список использованной литературы…………………………. 10

Рост и развитие общества на современном этапе предполагает использование, передачу, хранение огромного количества информации. Документ, будучи ее носителем, занимает одну из основных позиций в этом процессе. Однако, степень полезности и информативности документов бывает разной, и необходимо постоянно осуществлять отбор и анализ различных информационных источников для определения их возможного использования в научно-исследовательских и практических целях.

Кроме того, важно не только верно распознать информативный и полезный документ, но и доказать его подлинность, в противном случае, информация, почерпнутая из него не будет иметь никакой реальной ценности.

В связи с этим, весьма актуальной остается проблема корректного анализа исторических источников, дошедших до наших дней.

Тема данной работы – анализ исторических источников.

Цель данной работы – рассмотрение этапов и порядка анализа исторических источников на примере практического анализа одного источника.

В соответствии с темой и целью работы, были практически осуществлены такие этапы анализа источников, как определение типа источника, автора, условий, цели его создания, определение подлинности и достоверности источника, а также его практической и научной ценности.

В процессе подготовки работы были использованы вспомогательные материалы и литература.

Тип, происхождение источника

Рассматриваемый в данном анализе исторический источник является дипломом о присвоении степени по окончании института.

Этот источник относится к типу письменные источники. Принимая во внимание определение подвидов письменных источников, можно сделать вывод о принадлежности данного источника к виду официальные документы. Это становится очевидно, поскольку данный документ являлся в своем времени официальным, был подкреплен официальной печатью, и создавался должностным лицом в рамках выполнения своих должностных функций.

Автор документа – директор С.-Петербургского Практического Технологического Института, что можно определить по подписи в конце документа. В тексте источника также есть пометка о том, что автор документа являлся Действующим Статским Советником.

Содержание документа позволяет без особых трудов определить дату создания документа: 6 октября 1879 года, и место создания: Санкт-Петербург, Практический Технологический Институт.

Цель его создания определяется, исходя из содержания документа, и заключается в официальном подтверждении присвоения выпускнику учебного заведения учебного или профессионального звания (степени).

Структура, содержание документа. Его подлинность и достоверность

Структура документа соответствует документам этого характера и времени создания.

В шапке документа можно различить черно-белое изображение Малого государственного герба Российской Империи.

Под ним располагается заглавие (название официального документа), а именно «Диплом».

Ниже находится основной смысловой текст документа.

Завершается документ указанием должностей авторов документа, а также различимы личные подписи директора и декана института. Текст заверен печатью Института.

Читайте также:  Как делать анализ на английском

Содержание документа сводится к следующему:

Учебный комитет С.-Петербургского Практического Технологического Института объявляет ,что Андрей Осипович Зеленцов, окончивший курс Механического отделения в 1879, удостоен степени Инженер-Технолога, и утвержден в ней Г.Управляющим Министерства Финансов 10 сентября 1879 года. Зеленцов, при вступлении в государственную службу, на штатную должность техника, получает чин коллежского секретаря и имеет право возводить фабричные и заводские здания и другие помещения, а также производить строительные работы, состоящие в ведении и под надзором Министерства путей Сообщения, и занимать в Министерстве должности, с которыми связано производство строительных работ. Также Зеленцову предоставлялись права и преимущества, согласно законам Российской Империи связанные со степенью Инженер-Технолога. В подтверждение чего Зеленцову был выдан диплом с приложением Институтской печати.

Вышеупомянутые особенности документа (в частности, печать Института, наличие личных подписей), а также принадлежность документа к официальным источникам позволяет сделать положительное заключение о вероятной подлинности источника, а также о его достоверности.

Характеристика ценности источника

Анализируя информативность документа и его научно-исследовательскую и практическую ценность, следует обратить внимание на некоторые детали, указанные в тексте документа.

Автор документа ссылается на точные даты утвержденных мнений Государственного Совета, на основании которых окончившему институт в степени Инженер-Технолог полагалось получить чин Коллежского Секретаря. Данные сведения могут быть чрезвычайно полезны при исторических исследованиях как сами по себе, так и в непосредственной связи с иными документами, поскольку являются весьма точным хронологическим сопоставлением даты и события.

Также можно сделать вывод, что степень Инженера-Технолога предполагала наличие права производить строительство фабричных и заводских зданий.

Вместе с тем, в тексте источника упоминается связь данной статуса с деятельностью, подконтрольной Министерству путей Сообщения, что, во-первых, указывает на наличие подобного министерства в вышеупомянутый период, и, во-вторых, позволяет более корректно распознать, какие именно преимущества и права давало наличие степени Инженера-Технолога.

Анализируя данный источник, можно также составить заключение о форме и порядке оформления официальных документов, а именно, дипломов, во время его создания. Эти данные являются достаточно высоко информативными и полезными в использовании в области документоведения.

Этот исторический источник может быть также полезен при проведении исследований в лингвистической области, так как позволяет анализировать грамматику и речевые обороты официальных документов того времени.

Проведенный анализ вышеупомянутого исторического источника позволил сделать необходимые выводы о подлинности и достоверности источника. Кроме того, на основании содержания документа, было составлено заключение об авторстве документа, о цели и месте его создания. Эти данные в дальнейшем будут являться вспомогательными при определении ценности документа с точки зрения его научно-исследовательского и практического использования.

Таким образом, подводя итоги проделанной работы, следует сделать вывод о том, что проведение анализа исторического источника является основополагающим и необходимым этапом в определении его исторической ценности и полезности обществу и науке. Благодаря корректно проведенному анализу можно будет определить необходимость и сроки хранения документа, а также составить его характеристику, которая будет способствовать удобству обращения к нему в дальнейших исследованиях при возникновении такой необходимости.

Список использованной литературы

  1. Ковальченко И.Д. Методы исторического исследования – М.: Литература, 2003 – 440 с.
  2. Голиков А.Г., Круглова Т.А. Источниковедение отечественной истории – М.: Издательский центр «Академия», 2008. – 464 с.
  3. Источниковедение: Теория. История. Метод. Источники российской истории: Учеб. пособие / И.Н. Данилевский, В.В. Кабанов, О.М. Медушевская, М.Ф. Румянцева; Рос. гос. гуманит. ун-т, Ин-т «Открытое о-во». — М., 1998. — 701 с.

Оригинальный текст документа

Учебный комитет С.-Петербургского Практического Технологического Института сим объявляет, что Андрей Осипович Зеленцов, 25 лет от роду, православного вероисповедания, окончив полный курс науки по Механическому отделению в 1879, удостоен Учебным Комитетом Института степени Инженер-Технолога, в каковой и утвержден Г.Управляющим Министерства Финансов 10 сентября 1879 года. По сему, на основании Высочайше утвержденных во 2-й день Ноября 1976 г. и 16 день Мая 1878 г. мнений государственного совета, при вступлении в государственную службу, на штатную должность техника, Зеленцов получает чин коллежского секретаря и имеет право возводить фабричные и заводские здания с их принадлежностями, и другие помещения, в непосредственной связи с ними находящиеся, а также производить строительные работы, состоящие в ведении и под надзором Министерства путей Сообщения, и занимать по сему Министерству должности, с коими соединено производство строительных работ. _ вообще предоставляются Зеленцову все права и преимущества, законами Российской Империи со степенью Инженер-Технолога соединяемые. В засвидетельствование чего, дан сей диплом от Учебного Комитета С.-Петербургского Практического Технологического Института с приложением Институтской печати. С.-Петербург, октября 6 дня 1879 года.

Изображение рассматриваемого исторического источника

источник

1. Общие сведения (автор, название, выходные данные).

Необходимо правильно записывать общие сведения, а также знать о том, что автором документа может быть не только физическое лицо, но и юридическое. Пример: Соловьев А.А. Проблемы истории России. — М.: Прогресс, 1996.

Существует множество видов документа: учебники, научные работы, статьи из периодической печати (газет и журналов), письма, речи политических деятелей, юридические документы, статистика, литературные произведения (художественная литература), предметы частных или государственных коллекций, географические карты, фотографии, видео- и аудиоматериалы и т.д. (документы могут быть не только в печатном виде, хотя представленная схема в основном предназначена для печатных материалов; кроме того, при анализе каждого из видов печатных документов могут изменяться положения схемы). Как источник документ может быть первичным или вторичным.

3. Историческая обстановка.

Историческая обстановка может рассматриваться в двух направлениях: отражение событий, о которых идет речь в документе или отражение времени, когда создавался данный документ (в случаях, когда рассматриваемые в документе события и написание самого документа не совпадают во времени).

Адресат документа — к кому обращен данный документ и на кого он рассчитан (это может помочь при выяснении его целей и задач). 5. Цели и задачи документа.

5. Цели и задачи документа.

Можно не разделять цели и задачи, хотя цели носят стратегический, а задачи – тактический характер. Они могут подразделяться на официальные и фактические, главные и побочные).

В фактологическую часть документа включаются указываемые даты, географические ориентиры, статистические сведения и т.п., что является основой для краткого конспектирования документа. Следует разделить факты на правдивые, вымышленные и сомнительные. Необходимо отличать факты от субъективных мнений и суждений.

Используемые в документе понятия нужно разделить на знакомые и неизвестные, а также попытаться дать краткие определения знакомым понятиям. Также можно провести работу по установлению иерархии понятий.

Умение выделить проблему является важным при работе с документом, оно позволяет развивать абстрактное мышление и выйти на уровень синтеза изучаемого материала. Например, проблема войны и мира, преступности, справедливости, экономической жизни, международных отношений и т.п.

9. Основные идеи (выводы, главные мысли).

В данном пункте необходимо сформулировать свои мысли и выводы по поводу прочитанного.

10. Вопросы к документу или автору.

Умение задавать вопросы показывает самостоятельность работы над документом, а также нестандартность мышления. Вопросы могут быть уточняющими или полемическими.

11. Система ценностей (или идеология), отраженная в документе.

Среди некоторых ценностных систем можно выделить следующие: либеральные, коммунистические, социал-демократические, религиозные, консервативные, националистические, гуманистические, милитаристские.

12. Стилистические особенности.

Данный пункт является способом установления связи с литературой.

Эмоциональный фон в значительной степени влияет на объективность автора документа.

14. Возможные сравнения с другими документами.

Особенно интересно проводить сравнение нескольких документов, рассматривающих одну и ту же проблему с различных позиций.

15. Историческое значение документа.

Необходимо уметь видеть место данного документа и его значение. Значение может быть как для современников, так и для историков или исследователей, для профессионалов и аналитиков или для простых людей.

16. Основные части, на которые можно разбить документ.

Работа с документом иногда может подразумевать его деление на несколько частей, что позволяет четче выделить основные проблемы, затронутые в нем. Виды документов для изучения исторических

источник

1.1.4. Анализ содержания исторического источника

На этапе анализа содержания мы в первую очередь стремимся достичь максимальной степени понимания исторического источника, а затем выявляем его информационные возможности, подготавливая тем самым к использованию в дальнейшем историческом исследовании.

Интерпретация исторического источника (от лат. interpretatio – истолкование, разъяснение) – базовая составляющая процесса исторического познания, смысл которой заключается в достижении понимания исторической (источниковой) реальности на основании системы методологически выверенных исследовательских процедур.

В ходе интерпретации достигается максимально возможное понимание исторического источника. С точки зрения предлагаемой в данном учебном пособии модели источниковедения интерпретация (как это было показано в первом разделе при анализе понятия «исторический источник») представляет собой ключевую процедуру в источниковедческом анализе.

Мы оставим за пределами рассмотрения технические вопросы интерпретации, которые, как и вопросы атрибуции, решаются, как правило, в рамках вспомогательных исторических дисциплин. Вполне очевидно, что, приступая к исследованию, необходимо удостовериться, что вы понимаете язык исторического источника, приводимые в нем датировки, систему мер и т. д. Для выяснения значения незнакомых вышедших из употребления слов необходимо обращаться к историческим словарям (не путая их с толковыми, которые, впрочем, также могут оказать помощь историку), но с приобретением исследовательского опыта историк научается понимать, что, например, в XVIII в. выражение «чинить против государеву указа» означает не политический протест, а как раз наоборот – поступать в соответствии с законом; указанный в источнике, например, «157?й год» означает не 1157 и это не ошибка писца, а это 7157 г. от сотворения мира и соответственно 1648/1649 г. от Рождества Христова и т. д.

У нас же речь пойдет об интерпретации как методе понимания Другого – автора исторического источника и той культуры, к которой он принадлежал[718].

А. С. Лаппо-Данилевский, определяя смысл и значение исследовательской процедуры интерпретации, писал:

Всякий, кто стремится к познанию исторической действительности, почерпает свое знание о ней из источников (в широком смысле); но для того, чтобы установить, знание о каком именно факте он может получить из данного источника, он должен понять его: в противном случае он не будет иметь достаточного основания для того, чтобы придавать своему представлению о факте объективное значение; не будучи уверенным в том, чт? именно он познает из данного источника, он не может быть уверенным и в том, что он не приписывает источнику продукта своей собственной фантазии. С такой точки зрения историк, в сущности, приступает и к изучению различных видов источников: он пытается установить, например, остатки какого именно факта или предание о каком именно факте заключаются в данном источнике, что и становится возможным лишь при надлежащем его понимании. Впрочем, если припомнить, кроме того, те принципы, которые лежат в основе понятия о собственно историческом объекте изучения, то и с такой более специфической точки зрения понимание источника станет еще более настоятельной потребностью историка: ведь приступая к изучению исторического материала, он уже исходит из признания того «чужого я», деятельности которого он приписывает возникновение данного источника, и из соответствующего понятия о последнем; следовательно, каждый исторический источник оказывается настолько сложным психическим продуктом отдельного лица или целого народа, что правильное понимание его дается не сразу: оно достигается путем его истолкования.

Итак, в широком смысле можно сказать, что интерпретация состоит в общезначимом научном понимании исторического источника [выделено мной. – М. Р.].

Научное понимание исторического источника, в свою очередь, нуждается, однако, в некотором разъяснении. Вообще, научно понимать исторический источник значит установить то объективно-данное психическое значение, которое истолкователь должен приписывать источнику, если он желает достигнуть поставленной себе научной цели его исторической интерпретации; но, в сущности, истолкователь может придавать объективно-данное психическое значение своему источнику лишь в том случае, если он имеет основание утверждать, что он приписывает ему то самое значение, которое творец (автор) придавал своему произведению. С такой точки зрения истолкователь и интересуется главным образом психическим значением или смыслом исторического источника и устанавливает его путем интерпретации[719].

Парадигмально различные подходы к историческому познанию, соотносимые с классической и неклассической моделями науки, делают объектом интерпретации либо исторический факт, устанавливаемый путем так называемой критики исторических источников[720], либо исторический источник как объективированный результат творческой активности индивидуума / продукт культуры, на понимание которого и нацелена историческая интерпретация. Образцы методологической разработки интерпретации исторического факта в XIX в. дали немецкие историки И. Г. Дройзен (1808–1886) и Э. Бернгейм (1850–1942). И. Г. Дройзен определяет: «Сущность интерпретации – увидеть в былых происшествиях реальности во всей полноте их условий, которые требовали своей реализации в действительности»[721]. И. Г. Дройзен выделяет четыре аспекта интерпретации: прагматическую интерпретацию – реконструкцию картины исторических событий на основе проверенного в процессе критики исторического источника материала; интерпретацию условий – выяснение исторического контекста установленных в процессе исследования фактов; психологическую интерпретацию – выявление волевых актов, породивших исследуемую ситуацию; интерпретацию идей – объяснение нравственных оснований волевых актов[722]. Как мы видели, методологию интерпретации исторического источника наиболее подробно разработал А. С. Лаппо-Данилевский, который утверждал, что исторический факт устанавливается не в процессе критики исторического источника, а в процессе его интерпретации. А. С. Лаппо-Данилевский выделяет четыре взаимосвязанных метода интерпретации исторического источника: психологический, основанный на принципе признания чужой одушевленности, – истолкование исследуемого объекта как реализованного продукта чужой психической жизни, т. е. собственно признание его историческим источником; технический – «истолкование тех технических средств, которыми автор воспользовался для обнаружения своих мыслей»; типизирующий, систематический и эволюционный – соотнесение исторического источника с состоянием культуры (коэкзистенциальное измерение) и со стадией культуры (эволюционное/историческое измерение), в которой источник возник; индивидуализирующий – выявление индивидуальных особенностей личности автора и характеристик его творчества[723]. На протяжении XX в. проблематика интерпретации разрабатывалась главным образом в контексте герменевтики.

Под герменевтикой (греч. hermeneutike) изначально понималось искусство толкования библейских или античных текстов. В течение XIX–XX вв. сформировалось и иное понимание герменевтики: (1) методологическая парадигма гуманитарного/исторического знания (XIX в., В. Дильтей); (2) философская дисциплина, в которой выделяется герменевтика сознания (XIX в., Ф. Шлейермахер, В. Дильтей) и герменевтика бытия (XX в., М. Хайдеггер – онтологический аспект, Г.-Г. Гадамер – эпистемологический аспект).

Истоки герменевтики следует искать в Древней Греции, где практиковалось толкование текстов оракулов и Гомера; Аристотелем был создан трактат Peri hermeneias («О выражении мыслей»). Наибольшее влияние на становление герменевтики оказало толкование Библии в иудаизме (Филон) и христианстве (Ориген, Августин). Как дисциплина, не только практикующая экзегезу (толкование малопонятных текстов религиозного характера), но и разрабатывающая правила толкования, герменевтика сложилась в раннем протестантизме (Лютер, Меланхтон, Флаций). Понятие hermeneutica (лат.) впервые встречается у И. К. Даннхауэра (1629). Становление философской (филологической) герменевтики как учения о понимании как таковом – связано с именами И. М. Хладениуса (1710–1759), Ф. Шлейермахера (1768–1834), А. Бёка (1785–1867). Выделяют разновидности герменевтики: перевод (рус. «толмач», англ. interpreter), реконструкция (применительно к историческому познанию – воспроизведение смысла исторического источника, воссоздание исторической ситуации / исторических обстоятельств) и диалог (концепция диалога культур, диалоговый подход в гуманитарном познании). Ряд авторов соотносит разновидности герменевтики с историческими этапами ее становления[724]. Первый этап – толкование/перевод воли богов (античность) и Библии (Средние века). Второй этап – реконструкция – преобладает в Новое время и реализуется в филологической герменевтике. Техники реконструкции разработаны Ф. Шлейермахером, А. Бёком. Наибольшее развитие герменевтика как реконструкция получает в концепции В. Дильтея, рассматривающего в качестве основания герменевтики описательную психологию, которой придается характер универсального метода наук о духе, в первую очередь исторической науки. Диалог культур/традиций как порождение новых смыслов преобладает в философии XX в. (Г.-Г. Гадамер, Ю. Хабермас, П. Рикёр).

Читайте также:  Виды экономического анализа какой прогноз

Мы видим, что исторически сложившееся понимание герменевтики в некоторых его вариантах близко к интерпретации в ее источниковедческом смысле, – особенно если мы обратимся к определению, которое дает предмету герменевтики Э. Тисельтон: «В центре внимания герменевтики находится процесс чтения, понимания и анализа текстов, которые были написаны в совершенно ином историческом контексте»[725].

Но все же различение герменевтики и интерпретации может быть обнаружено в семантическом различии понимания и объяснения/толкования. Кроме того, следует особо подчеркнуть, что в качестве практической герменевтики в историческом познании XIX и отчасти XX в. следует рассматривать толкование содержания исторических источников с целью конструирования исторических фактов при их подчинении логике исторического нарратива[726]. При этом соотношение исторического факта и исторического нарратива адекватно описывается понятием герменевтического круга.

Герменевтический круг – это, с одной стороны, имманентное свойство понимания, фиксирующее его предпосылочный, пред-рассудочный характер, обусловленность, в том числе традицией, с другой стороны, базовое правило герменевтики, которое Г.-Г. Гадамер (1900–2002) описывает так:

Целое надлежит понимать на основании отдельного, а отдельное – на основании целого. Это герменевтическое правило берет начало в античной риторике; герменевтика Нового времени перенесла его из области ораторского искусства на искусство понимания. В обоих случаях пред нами круг. Части определяются целым и в свою очередь определяют целое; благодаря этому эксплицитно понятным становится то предвосхищение смысла, которым разумелось целое[727].

Истоки герменевтического круга обнаруживаются в античной риторике и патристике (Августин). Флаций (протестантский богослов, 1520–1575) развил учение о взаимосвязи смысла фрагментов текста и текста как целого. В Новое время герменевтический круг становится базовым правилом герменевтики как искусства понимания. Сформулировал проблему герменевтического круга Ф. Аст (1778–1841) в работе «Основные черты грамматики, герменевтики и критики» (1805), где говорит о том, что целое понимается исходя из смысла единичного, а единичное – исходя из смысла целого. Под конечным целым Ф. Аст понимал «дух истории». Проблему конкретизировал Ф. Шлейермахер: круговое движение понимания имеет объективную и субъективную составляющие. Объективная составляющая герменевтического круга – включенность отдельного текста в контекст творчества автора, творчества автора – в контекст литературного жанра и литературы вообще. Субъективная составляющая герменевтического круга – принадлежность текста душевной жизни автора. Этим составляющим герменевтического круга соответствуют «грамматическая» и «психологическая» интерпретации. Проекцию герменевтического круга на историческое познание содержит концепция В. Дильтея: понимание исторического индивидуума (индивидуума, обладающего «историческим разумом») возможно при понимании духовного мира соответствующей эпохи, что, в свою очередь, предполагает понимание «предметных остатков психической жизни». Оригинальную трактовку герменевтического круга применительно к историческому познанию дал И. Г. Дройзен:

…мы понимаем то, что есть, целиком и полностью только тогда, когда познаем и уясняем его становление. Но его становление мы познаем, лишь следуя и постигая как можно точнее, каково оно есть , становление и настоящее бытие мы проявляем из сущего, воспринимая его во времени и разлагая на части, чтобы понять его.[728]

В философии М. Хайдеггера (1889–1976) герменевтический круг приобретает онтологический характер как базовое определение условия существования человека. В эпистемологическом плане идеи М. Хайдеггера об «онтологически позитивном смысле» герменевтического круга развил Г.-Г. Гадамер, показавший продуктивность герменевтического круга в процессе познания. Применительно к историческому познанию Г.-Г. Гадамер распознает во временн?й дистанции «позитивную, продуктивную возможность понимания»:

Дело же заключается в том, чтобы распознать во временной дистанции позитивную, продуктивную возможность понимания. Временной промежуток этот заполнен последовательностью событий, традиции, в свете которой и выступает для нас все предание. Тут можно говорить о подлинной продуктивности того или иного события. Каждый знает, сколь бессильно наше суждение, если временное отстояние не снабдило нас надежной мерой. Так, научное сознание в своих суждениях о современном искусстве чувствует себя порой в высшей степени неуверенным. Очевидно, что мы подходим к таким созданиям с предварительно сложившимися суждениями, недоступными нашему контролю, – они способны наделить эти создания свойством повышенного резонанса, свойством, которое не совпадает с их подлинным содержанием и с их подлинным значением. Лишь когда отомрут все такого рода актуальные связи, выступит их подлинный облик, лишь тогда откроется возможность понимания того, что действительно сказано ими, понимания того, что с полным основанием может притязать на общезначимость. Кстати говоря, сама по себе фильтрация подлинного смысла, заключенного в тексте или в художественном создании, есть бесконечный процесс. Фильтрует временное состояние, а оно пребывает в непрестанном движении, оно увеличивается, и в этом продуктивность его для понимания. В результате предрассудки частного характера отмирают, а выступают наружу те, что обеспечивают истинное понимание[729].

Эту концепцию развивает далее П. Хаттон, который выявляет продуктивную роль традиции в процессе понимания и анализирует новые условия существования герменевтического круга при постмодернистском разрушении традиции[730].

Несмотря на то что в современном гуманитарном познании существует устойчивая тенденция отождествлять герменевтику с интерпретацией, в строгом методологическом смысле исследовательскую процедуру интерпретации в источниковедении следует отличать от герменевтического подхода в истории. В историческом познании не следует смешивать герменевтический круг как способ понимания, основанный на пред-рассудке, на пробрасывании смысла, с осознанной экспликацией контекста в процессе исторической интерпретации. В неклассической и постнеклассической моделях науки применительно к историческому познанию принципиально важно различать герменевтику и интерпретацию исторического источника, поскольку герменевтические процедуры, преобладающая в XX в. диалоговая разновидность герменевтики в строгом смысле имеют целью не научное познание, но истолкование исторического источника с позиции читателя, а также истолкование исторических фактов в контексте определенного нарратива.

Еще раз подчеркнем, что различение герменевтического подхода и интерпретации как процедуры научного познания может быть обнаружено в семантическом различии толкования/объяснения и понимания. Следует признать, что необходимое методологическое различение этих понятий не всегда легко реализуемо в исследовательских практиках исторической науки.

Установление достоверности исторического источника. Прежде всего не следует путать подлинность и достоверность исторического источника. Это совершенно разные понятия, спутать их сложно, но совершенно необъяснимым образом многие поколения студентов испытывают сложности с их различением. Поэтому еще раз разъясним: источник подлинный, если он создан в то время, в том месте и тем автором, как это указано в самом историческом источнике или легко читается по контексту. Понятие, противоположное подлинности, – фальсификация. Подлинность исторического источника устанавливается с применением технических навыков, вырабатываемых преимущественно вспомогательными историческими дисциплинами. При этом излишне пояснять, что фальсификация, будучи выявленной, не утрачивает свойств исторического источника: это исторический источник, созданный в другой время и другим автором, преследовавшим собственные цели.

С тем чтобы не путать подлинность и достоверность, можно уточнить формулировки: если в случае подлинности речь идет о подлинности самого исторического источника, то в случае достоверности корректнее говорить о достоверности его информации. И проблемы здесь уже не технические. Определение понятия «достоверность» выглядит простым только с точки зрения классического типа рациональности, для которого задача науки – постижение объективной реальности, в том числе объективной реальности прошлого. В этом случае действительно все очень просто: информация источника достоверна, если она соответствует этой самой «объективной реальности». Способом установления достоверности выступает так называемая критика исторического источника, основанная на здравом смысле историка и в качестве метода использующая, как правило, лишь сопоставление информации разных источников. Классическое описание этой модели принадлежит уже упоминавшемуся Болингброку:

Защищенный от обмана, я могу смириться с неосведомленностью. Но когда исторические записи не полностью отсутствуют, когда одни из них были утрачены или уничтожены, а другие сохранены и получили распространение, тогда мы подвергаемся опасности быть обманутыми; и поистине должен быть слеп тот, кто принимает за правду историю какой бы то ни было религии или народа, а в еще большей мере – историю какой-либо секты или партии, не имея возможности сопоставить ее с другой исторической версией. Здравомыслящий человек не будет так слеп. Не на единственном свидетельстве, а на совпадении свидетельств станет он утверждать историческую истину [здесь и далее выделено мной. – М. Р.]. Если совпадения нет вовсе, он не будет доверять ничему; если оно есть хоть в чем-то немногом, он соразмерит соответственно свое согласие или несогласие. Даже слабый луч света, блеснувший из чужеземного исторического повествования, часто разоблачает целую систему лжи; и даже те, кто заведомо извращает историю, нередко выдают себя в результате невежества или небрежности . Если же говорить о предмете в целом, то во всех этих случаях нас обмануть всерьез нельзя, если мы сами этого не захотим.

Во всех других случаях делать это – еще меньше смысла, ибо когда историй и исторических хроник вполне достаточно, то даже те, что ложны, способствуют обнаружению истины. Вдохновляемые разными страстями и задуманные во имя противоположных целей, они противоречат друг другу, а противореча, – выносят друг другу обвинительный приговор. Критика отделяет руду от породы и извлекает из различных авторов всю историческую правду, которая лишь частично могла быть найдена у каждого из них в отдельности; критика убеждает нас в своей правоте, когда она основывается на здравом смысле и излагается беспристрастно. Если этого можно достичь благодаря историческим сочинениям, авторы которых сознательно стремились к обману, то насколько легче и эффективнее можно сделать это с помощью тех, кто с большим уважением относился к истине? Среди множества авторов всегда найдутся такие, кто неспособен грубо искажать правду, опасаясь разоблачений и позора, в то время как он ищет славы, или же такие, кто придерживается истины, исходя из более благородных и твердых принципов.

Очевидно, что все они, включая даже последних, могут ошибаться. Находясь в плену у той или иной страсти, первые способны время от времени распространять ложь или скрывать правду, подобно тому живописцу, который нарисовал в профиль портрет государя, у которого был только один глаз[731].

В неклассической модели исторической науки понятие достоверности меняется. Исследователи начинают проявлять интерес не только к «объективным фактам, которые можно извлечь из источника» (по-прежнему распространенный дискурс, маркирующий сохранение классического типа рациональности у современных нам авторов), но и к субъективности автора, его мировидению. Конечно, и в этом случае никто не отменяет проверку так называемой фактической информации исторического источника, но исследователь уже не ставит задачу «отбросить» субъективность автора, но видит в ней самостоятельный предмет исследования, без изучения которого невозможно адекватно воспринять информацию исторического источника. Именно в неклассической модели исторической науки применяется принцип признания чужой одушевленности[732]. Неклассический тип рациональности предполагает ответ на вопрос об искренности автора, наличии или отсутствии умышленного искажения реальности (естественно, субъективной реальности автора, а не «объективной реальности истории»). Конечно, этот подход требует более тонкого исследовательского инструментария, который не может быть в полной мере формализован.

Несмотря на то что неклассическая модель науки сменяет классическую в конце XIX в., проявления классического типа рациональности мы обнаруживаем и у авторов весьма недавнего времени. Выше уже приводились слова П. А. Зайончковского из предисловия к указателю «История дореволюционной России в дневниках и воспоминаниях современников»: «…ценность мемуаров заключается в изложении фактической стороны описываемых событий, а не в оценке их, которая, естественно, почти всегда субъективна»[733].

Постнеклассический тип рациональности востребует главным образом герменевтическую модель определения достоверности, критерием которой выступает согласование части и целого.

Позиционируемая в настоящем учебном пособии неоклассическая модель источниковедения предполагает рассмотрение проблемы достоверности информации исторического источника через призму понятия «эмпирическая реальность исторического мира», при этом акцентируя внимание как на личности автора, особенностях его мировосприятия, так и на включенности исторического источника в систему видов, свойственную определенной культуре, что позволяет эксплицировать скрытые интенции автора, влиявшие не только на характер представления информации в историческом источнике, но и на отбор ее, что вынуждает поставить проблему полноты информации исторического источника.

Понятие полноты информации исторического источника. При вышеизложенном понимании достоверности очевидно, что понятие полноты с ним связано самым непосредственным образом.

На наш взгляд, применительно к классической модели исторической науки понятие полноты информации исторического источника не может быть определено в принципе. Если в этом случае ставится вопрос о полноте информации исторического источника, то речь идет не о выявлении свойств самого исторического источника, а о соотнесении его информации с изучаемым историком «фрагментом исторической реальности».

Понимание исторического источника не как резервуара информации, а как культурного феномена, заслуживающего не так называемую критику, а полноценный источниковедческий анализ, заставляет поставить проблему полноты в двух взаимосвязанных планах: во-первых, полноты по отношению к видовой модели; во-вторых, выявления сознательного замалчивания автором той информации, которой он владел, но не считал нужным включить в созданный им исторический источник, хотя видовая модель такую информацию и предполагает. Например, вполне очевидно, что историк по-разному отнесется к отбору информации в мемуарах-автобиографиях и мемуарах – «современных историях». Полнота кодекса (уложения) или свода законов определима только по отношению к регулируемым ими сферам социальной действительности. В частности, мы можем судить о полноте Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. с точки зрения охвата тех деяний, которые считались преступлениями в период его действия. Для суждения об этом необходимо изучение юридической практики, вновь принимаемых законодательных актов и сравнение с Уголовным уложением 1903 г., в котором была уже предусмотрена, например, ответственность за участие в политическим (революционном) движении. Установление полноты материалов статистического обследования возможно по отношению к его программе и т. д.

Излишне говорить, что с точки зрения позиционируемой в настоящем учебном пособии концепции источниковедения изначальная исследовательская гипотеза о видовой природе исторического источника, проверенная на этапе анализа его происхождения, работает при определении достоверности и установлении полноты изучаемого исторического источника.

Таким образом, анализ содержания имеет своим результатом вывод о возможностях и перспективах использования исторического источника в историческом исследовании. За процедурой источниковедческого анализа в структуре оригинального источниковедческого исследования следует процедура источниковедческого синтеза. Но прежде чем приступить к ее изложению, остановимся на часто упоминавшемся в предшествующих параграфах понятии «критика исторического источника».

Различение понятий «источниковедческий анализ» и «критика исторического источника» имеет принципиальное значение: последнее соответствует пониманию исторического источника в классической модели науки и в современных условиях явно устарело.

источник